Фельдшер из Лиды об эпидемии COVID-19: Обман, треш. Сколько можно молчать?

Фельдшер из Лиды об эпидемии COVID-19: Обман, треш. Сколько можно молчать?

Павел Палейчик рассказывает об условиях, в которых работают врачи в Лиде во время пандемии, и чем закончилась для него попытка обратиться за помощью к волотнерам, передает «Радыё Свабода».

22 апреля блогер Сергей Тихановский приехал в Лиду, чтобы встретиться с подписчиками. Он больше часа общался с жителями города в живом эфире. Одним из собеседников был Павел Палейчик, фельдшер станции скорой помощи Лиды, который рассказал о ситуации в городе и своей работе. Спустя две недели отношение к нему на работе изменилось.

«На «скорой» все за меня»

«После видео, после всего этого сняли с бригады реанимации, где я работал полтора года. Когда вышел ролик, я был в отпуске. Растерялся немного, когда его записывали. У меня в голове было много мыслей, не все сказал, что хотел. А сегодня позвонила начальница (разговор состоялся 5 мая – Ред.) и сказала, что я отсутствовал на работе более трех часов, и поэтому у меня прогул» — рассказывает Павел.

Он говорит, что про его отсутствие заведующая станции скорой помощи Анна Симанюк сообщила в докладной на имя главного врача. Фельдшер признает, что в один день действительно заменился с коллегой, потому что он должен был заботиться о больном родителе. Его нужно было перевезти из деревни в Лиду, в больницу, а затем отвезти обратно. Однако вместо Павла работал другой человек, никаких проблем это не вызывало.

Из-за зарегистрированного начальством прогула Павел не очень переживает. Говорит, что его за это не смогут уволить. Парень не имел никаких нарушений на работе раньше. Кроме того, из-за событий последних месяцев он сам хотел уволиться, даже написал заявление и передал его руководству. Однако сейчас передумал.

«Проблемы были еще до этого видео, — говорит Пол. — У нас есть группа в Viber, где все, кто работает на «скорой помощи» в Лиде. Однажды экипаж отправили к человеку с подозрением на COVID-19. Без специальных костюмов, только маски и перчатки.

Я спросил в группе у начальницы, почему она это сделала. Ведь было известно, что она звонила и предупреждала, чтобы ездили на такие вызовы только в масках, без костюмов. Она объяснила, что так нужно, чтобы не создавать паники среди населения. После этого вопроса меня вызвали в кабинет. И они сказали, что переходят в другую смену».

Павел рассказывает, что работает в «скорой» в Лиде с 2014 года. Он окончил Слонимский медицинский колледж, после год отработал диспетчером, затем фельдшером реанимации. Говорит, что у руководства никогда не было никаких претензий к его работе. У коллег тоже.

«У нас на «скорой» все за меня, — убежден Павел. — Пишут личные сообщения, поддерживают. Но боятся говорить открыто. Думаю, если начнется большее давление, найдется кто-то, кто тоже не будет молчать».

«За обращение за помощью волонтерам я нормально «получил»»

Фельдшер рассказывает, что он лично мало работал с пациентами с коронавирусом. Был в отпуске почти весь апрель. Говорит, что в марте, когда эпидемия в Беларуси только начиналась, успел организовать небольшой флешмоб с обращением к жителям Лиды, а также попросить помощи у волонтеров из столицы. От чего тоже были проблемы, утверждает он.

«Ничего не хватало, мы обратились за помощью к волонтерам, — говорит Павел. — Просили защитные экраны и костюмы. В результате я за эту просьбу тоже нормально «получил». Мне позвонила заведующая и спросила, почему я решаю проблемы без нее.

Еще флешмоб делали. Надели защитные костюмы, хотели сфотографироваться с призывом «Мы будем на работе, вы остаетесь дома». Я сфотографировал это, разбросал фото по лидским группам в социальных сетях. Так дошло до того, что мне не разрешили распечатать эти призывы на работе на принтере. Жена напечатала это дома. Поехал домой, взял эти два листа и вернулся на работу, чтобы сфотографироваться».

Уже после разговора на площади с блогером Тихановским и выхода на работу, Павел поехал на вызов, где столкнулся с больным COVID-19.

«Третьего мая я заступил на дежурство, у нас был первый вызов, — говорит фельдшер. – Приехали к человеку, его тошнило. Обычный вызов. Мы были в масках, перчатках, шапках. Помогли, сделали кардиограмму и вернулись на базу. Там нам диспетчеры, через два часа после вызова, сказали, что у пациента положительный тест на COVID-19. И нужно идти сдавать мазки. В результате отправили нас на больничный. Сегодня стало известно, что результат анализа отрицательный, можно возвращаться на работу».

«Весь лидский роддом занят коронавирусными»

Жена Павла тоже врач, работает реаниматологом. По его словам, количество пациентов с COVID-19 в Лиде может быть значительно выше, чем подается в официальной статистике.

«В Лиде для всех пациентов с коронавирусом выделили отдельный корпус, роддом полностью ими занят, — говорит фельдшер. — И туда направили всех молодых реаниматологов из города. Мол, те, кто в возрасте, не подходят — группа риска. Направляли молодых работать. О смертях среди медиков я не знаю. Недавно умер молодой мужик. Но не могу сказать причину. Нашли мертвым просто на работе».

Что будет с ним дальше, фельдшер прогнозировать не может. Говорит, что готов искать новую работу. Заявление об увольнении, которое он уже написал, начальству заносить больше не хочет. Говорит, что возмущен реакцией своего начальства на то, что он рассказал людям правду.

«Жизни на «скорой» у меня уже не будет, — объясняет Павел. — Еще до этой истории с прогулом я написал заявление об увольнении по соглашению сторон. Занес заведующей на подпись. Она сказала переписать, якобы, неправильная дата. Затем нас срочно вызвали к ребенку, который порезал руку. Я положил заявление в карман и поехал. А вчера я решил не писать заявление по собственному желанию. Пойду до конца. Надоело все это. Обман, треш, сколько можно молчать?»

Журналисты обратились за комментарием к начальнице станции скорой помощи Лиды Анне Симанюк. Она подтвердила, что Павел Палейчик — ее сотрудник. Также она сообщила, что решение о прогуле фельдшера еще не принято.

«Пока еще не принято решение, это сделает главный врач, — сказала Анна Симанюк в беседе. — То, что Павел должен был работать в тот день, но отсутствовал, это было. Он никому из руководства не сообщил о своем отсутствии. Павел был обязан это сделать, но решил, что можно самовольно отлучиться от работы».

Начальница Павла также отрицает, что разговаривал с ним после того, как он обратился за помощью для станции у волонтеров. Анна Симанюк говорит, что за время работы к фельдшеру не было претензий и выговоров со стороны руководства.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: